Оборона Лхасы. Часть 3

03 of Май 2009

Не успели мы отдышаться, как ввязались в другой уличный бой, тут я заметил, что я ранен в плечо, до тех пор я думал, что кровь, стекающая с рукава чубы, была чужой. Я совсем не мог понять, где я получил рану, возможно от взрыва гранаты. Мой друг перевязал меня кхата (хадак). Мы залегли за баррикады и помогали людям отбивать атаки китайцев. Там было очень много раненых. Одна молодая женщина сидела на дороге, её живот был разорван – она умоляла убить её – кто-то её застрелил. Мне рассказали, что где-то недалеко китайцы нашли группу из нескольких сотен детей и женщин, притаившихся от пуль. Они всех убили из пулемётов, кхампа, пришедшие на помощь слишком поздно, порубили и затоптали лошадями всех китайцев. Я долго плакал, услышав это. Через какое-то время, я вернулся в тот дом, где оставил Дордже, я очень боялся, что он мёртв, но там никого не оказалось. Я стал опрашивать всех, кого встречал по дороге – никто ничего не знал. Больше я никогда не видел брата и ничего не знал о его судьбе, таких были тысячи… Скоро я потерял чувство времени и пространства, я помню кое-какие эпизоды. Я помню, что помог раненому и его отцу добраться до дома. Мертвые люди, мертвые лошади – кучи трупов: тибетских и китайских. Помню маленького мальчика, писающего у стены и вдруг упавшего с пулей в голове, я помню его голые ноги, раскинутые в стороны. Помню группу женщин, смеющихся вокруг горящего дома. Они сказали, что это третий дом китайских офицеров, который они подожгли.
Я прошёл очень много мест, которые казались тихими и вдруг внезапно наполнялись стрельбой и криками. И к этому времени слух распространился через все части города, что Далай-Лама бежал, однозначно. Что было то, что каждый хотел услышать, так что можно было видеть людей, отмечающих бегство Далай-Лама. Кто-то говорил, что кавалерия Кхампа взяла то место и то. Были моменты, когда я чувствовал абсолютное счастье. Повсюду люди говорили, как много солдат было убито. Но, конечно, это ничего не значило, на место одного убитого вставало несколько новых китайцев. Моя рука стала гореть страшным жаром. Я залез на какую-то крышу, где смог промыть рану и приложить травы, я не знаю их названия на английском. На соседней крыше я увидел семью, которая подносила пуджу Панден-Лхамо, я посмотрел вокруг и увидел ещё нескольких на других крышах. Далеко на западе я увидел клубы дыма и частые взрывы – это был Железный Холм». 21 марта к вечеру все защитники Железного Холма полегли до одного, не дав китайцам пройти в течение двух дней. Та же участь постигла защитников Рамоче-Тантрического колледжа, никто не уцелел после двух дней боёв. В бое за кинотеатр Кхампа нанесли сильный урон врагу и захватили его штурмом, на какое-то время им даже удалось выбить НОАК из Норбулинки и вновь взять Рамоче. Но самая главная их победа был паром Рамачан через реку Джигу – ход к отступлению был всё ещё открыт, несмотря на бесчисленные атаки китайцев с применением танков и артиллерии. Это было чудо.
«Стрельба была по всему городу, это было очень странно – смотреть на это с крыши. Когда стемнело, бомбёжка утихла, лишь ружейные выстрелы нарушали тишину. Люди стали тянуться к парому, многие уходили. На какое-то время я потерял сознание. Когда я проснулся, мне стало хуже. Я выбрался на улицу и встретил группу парней. Они сказали, что многие уходят на юг под защиту Чу-ши Ганг-Друг. Я решил идти с ними, это был последний шанс. Ночью я перебрался на другой берег с тысячами других.

Часть первая

Часть вторая